Взятие Анапы Черноморской эскадрой под командованием контр-адмирала Семена Афанасьевича Пустошкина

«Ты владычествуеши державою морскою: возмущение же волн его Ты укрочаеши. Разорил еси вся оплоты его, положил еси твердая его страх». Псал. 88, ст. 10 и 41.

 

В исходе 1805-го года, вскоре после Аустерлицкого похода, Император Александр заметил перемену в прежнем дружеском расположении к Нему Султана Селима III-го и, на случай войны, повелел Черноморскому флоту быть готовым к военным действиям. В конце 1806-го года последовал разрыв между Poccиею и Портою, и почти в одно время начались военные действия на   Дунае, за Кавказом, в Черном море и в Архипелаге.

Чтобы положить в самом начале конец войне, в тогдашнее смутное время поставлявшей Poccию в затруднительное положение, Черноморскому флоту дано повеление изготовиться, весною 1807-го года, к походу в Босфор, с 13-ю мушкетерскими и 7-ю гарнизонными батальонами, в числе 17 000 человек. 1 Командование флотом и сухопутным войском поручено контр-адмиралу Семену Афанасьевичу Пустошкину 2, приготовления к походу возложены на маркиза де Траверсе и Дюка де Ришелье. Но при первом совещании они убедились в невозможности высадки в Босфоре и «не осмелились отваживать на удачу честь и славу России» 3. По получении донесения их в Петербурге, поход на Царьград отменен. Но не желая оставлять Черноморский флот в бездействии и не надеясь выхода в Черное море Турецкого флота, озабоченного пребыванием Сенявина у Дарданелл, а также имея в виду укротить горские народы, делавшие набеги по Кубани, и не дать туркам времени усилить горцев, Император повелел истребить Анапу, гнездо хищников 4. В следствие сего, контр-адмиралу С. А. Пустошкину предписано взять на вверенную ему эскадру четвертой морской полк и

1) Отправясь с наличными кораблями и фрегатами к Анапе, расположить плавание таким образом, чтобы, как скоро эскадра может быть видима городу, могла она тогда же с поспешностию достигнуть к нему и на тамошнем рейде остановиться на пушечный выстрел, дабы одною нечаянностию скорого и неожиданного прихода привесть неприятеля в замешательство и ужас; потом немедленно послать переговорное судно с чиновником, хорошо знающим турецкий язык, поручив ему предварить турецкого начальника, что русский флот, бывший в Средиземном море, вместе с английским, усильным образом прошли Дарданеллы, истребили суда турецкого флота и стоят пред самым Константинополем, и что эскадра наша, стоящая на Анапском рейде, требует немедленной сдачи города, - объявив притом, что если гарнизон Анапский осмелится сделать хоть один  выстрел, то город тотчас начнут бомбардировать, жечь и истреблять, и все жители оного преданы будут смерти без малейшей пощады, а имущество их конечному разорению; напротив того, ежели город сдастся без всякого сопротивления, то войска турецкие и жители оного приняты будут с человеколюбием, свойственным Русскому Монарху и верным Его подданным.

2) Когда сдача города будет решена, то поспешить со всею возможностию занять его, высадить на берег гренадерский батальон, присоединив к нему сколько надобно будет из других батальонов, под командою генерал-маиора Говорова, который должен будет отправить на наши суда пленниками всех турецких военнослужителей, с пашею и прочими чиновниками; потом приказать остальным жителям немедленно удалиться из города с своим имуществом, какое они пожелают взять с собою, назначив им для сего самое короткое время, а между тем перевезть на наши корабли все, что найдено будет в городе из орудий, воинских и других припасов; напоследок весь город с предместьем, батареи, укрепления, стены и все строения разрушить, сжечь и истребить, чтобы не осталось ни основания, ни следов их, и чтобы неприятель чрез долгое время не мог и помыслить о восстановлении сего города, который, будучи всегда гнездом и надеждою для хищных соседних народов, беспрерывно нарушавших спокойствие на пределах Империи, по справедливости заслуживал конечного истребления и уничтожения.

3) Ежели сухопутные наши войска, назначенные против Закубанских народов, переправятся чрез Кубань: то избрать способы для сообщения с ними и жителей Анапских, для препровождения в Россию, предоставить на попечение генерал-маиора Гангеблова или ближайшего нашего военного начальства. Если-ж дивизия Гангеблова недостаточна для наказания и прогнания Закубанских хищников, то, для усиления оной, оставить в команде его гренадерский или какой нибудь другой батальон морского полка.

4) Когда предложенные средства окажутся недостаточными для овладения городом, и он откроет неприятельские действия: тогда и против него действовать со всевозможнейшим, сильным огнем, сбить его батареи, заставить орудия их замолчать и нанести возможный вред городу, чтобы удобнее завладеть им. Но если, в продолжение сих действий, неприятель оставит сопротивление, то возобновить с ним переговоры на прежних условиях, имея в виду возможно скорейшее окончание экспедиции против Анапы. А как рейд Анапский открыт, то взять осторожность, чтобы, по занятии города нашими войсками, эскадра наша заняла якорное место в некотором удалении от берега, дабы не подвергнутся опасности от ветров, действующих на берег.

5) По окончании экспедиции, всей эскадре плыть на вид Феодосии, пересадить пленных на фрегат «Златоуст» и отправить их в Одессу; потом обозреть все происходящее при устье Константинопольского пролива и возвратиться в порт Севастопольский. В случае же встречи с неприятельским флотом, употребить меры к его поражению и истреблению.

Таковы были данные контр-адмиралу С. А. Пустошкину наставления, в заключении коих сказано: «благоразумие, деятельность и ревность вашего превосходительства будут руководствовать в сей экспедиции вашими распоряжениями и предприятиями, которые должны иметь единственным предметом пользу службы и славу морских сил Его Императорского Величества» 5.

Фотографии оригинала документа: